Музей авиаполка «Нормандия-Неман»

Пройдёт ещё несколько лет и этот музей, возникший в стенах Детской экскурсионно-туристской станции, отметит своё 50-летие. Сотни ребят за эти годы занимались поисковой работой, каждое лето, выезжая в места боёв. В начале 60-х годов, когда руководитель кружка Галина Владиславовна Малюченко предложила начать поиски французских лётчиков, погибших на орловской земле, были живы многие жители деревень, в небе над которыми происходили воздушные бои. Так удалось разыскать не только места падения сбитых самолётов, но и тех, кто хоронил лётчика-француза. Только спустя почти 20 лет после похорон удалось установить имя лётчика. Это был командир эскадрильи майор Жан-Луи Тюлян. Много славных дел было сделано за эти годы. Об орловском музее «Нормандия-Неман» было известно далеко за пределами нашей области. На станцию приезжали гости из многих городов Советского Союза. Приезжали и гости из Франции. Одним из самых почётных гостей был сын Жана-Луи Тюляна, тоже лётчик, Франсуа Тюлян. С тех пор прошло много лет. Страна стала другой. Нет уже той поддержки, которая была у станции, приходит в запустение и музей «Нормандия-Неман». Из музея, который был гордостью ДЭТС в 70-80-е годы прошлого века, постепенно он превратился в забытый музей.

Забытый музей

Здание станции юных туристов даже на первый взгляд выглядит старым и потрепанным. Забитые железом окна первого этажа все больше врастают в землю, на деревянных стенах второго облезла и потускнела краска.   Табличка на стене гласит, что здесь находится «Музей боевой славы «Нормандии-Неман», но на деле экспозиция для широкой публики закрыта. Судя по опросам, многие вообще не знают, что в городе существует такой музей, в то время как он является первым памятником французского авиаполка, воевавшего с 1942 года в составе советской истребительной авиадивизии. Создавалась экспозиция долгие годы энергичным трудом Галины Владиславовны Малюченко и юных участников ее кружка.

Нормандских летчиков Галина Владиславовна впервые увидела еще в годы войны в Большом театре. Молоденькой девушке казалась интересной их необычная военная форма, веселые лица. Воспоминания юности вернулись к ней только в 1960 году, когда на широкий экран вышел русско-французский фильм «Нормандия-Неман». Сценарий к нему писали Константин Симонов и Эль­за Триоле. Фильм рассказывал о пило­тах французского авиационного полка, воевавшего на советской земле. Упоми­налось и о гибели нескольких летчиков на Орловщине. Галина Владиславовна тогда работала на станции юных турис­тов, вела геологический кружок (по об­разованию она геолог). Однако эту на­уку в нашей области изучать не очень интересно — преимущественно на ее тер­ритории встречаются известняк и пес­чаник. Поэтому ребята с энтузиазмом встретили предложение своего руково­дителя начать поиск погибших летчиков. Это было дело абсолютно новое и значимое, а потому чрезвычайно привлекатель­ное.

— Решить-то решили, — улыбается Галина Владиславовна, — а с чего начинать? Ведь никакой отправной точки, кроме нескольких слов из художествен­ного фильма, у нас не было. Тогда напи­сали письмо во Францию Эльзе Триоле... 

Письмо, отправленное в столичную газету «Юманите», нашло своего адресата. Однако ответ французской сценаристки не дал никаких фактических све­дений. В фильме даже имена пилотов «Нормандии» были заменены на вымыш­ленные. Но Галина Владиславовна и ее подопечные решили не сдаваться. Сле­дующее послание адресовали дважды Ге­рою Советского Союза Алексею Маресь­еву, в свое время послужившему прототипом для книги Бориса Полевого «По­весть о настоящем человеке». Тот передал письмо орловских ребят Сергею Давыдовичу Агавеляну, одному из орга­низаторов полка «Нормандия-Неман». Он и дал первые справочные сведения: на каких самолетах летали французы, кто из них погиб на орловской земле, в какое время это случилось. А дальше события закрутились уже, как в при­ключенческом романе. Бабушка одного из кружковцев рассказала, что была сви­детельницей гибели французского летчика в июле 1943 года и даже принима­ла участие в похоронах. На основе ее вос­поминаний составили маршрут поиска, который привел в деревеньку Каменка Мценского района. 
— Это не та Каменка, что находится за Мценском, — поспешила пояснить моя собеседница. — Сейчас, кажется, «нашей» деревеньки уже нет, а распола­галась она в районе Думчино.

Нашли кружковцы и место падения самолета, и людей, которые хоронили в июле 1943-го безымянного француза. После долгих поисков удалось установить, что останки принадлежат коман­диру авиаподразделения Жану-Луи Тюляну. С этого и начались планомер­ные исследования. Ребята уже пример­но знали, к кому обращаться. Отправляли письма техникам, которые обслужи­вали машины французов, изучали кон­струкцию военных самолетов. Музей боевой славы тогда уже существовал, в нем и отвели место для летчиков «Нор­мандии». Однако в жизни кружка воз­никли вдруг и первые серьезные непри­ятности. Деятельностью Галины Владис­лавовны и ее подопечных заинтересова­лись партийные чиновники. В горкоме предупредили, что недостойно советско­го гражданина не только вести перепис­ку с НАТОвской державой, но и вообще поднимать вопрос о чуждых стране лет­чиках. Возражения руководителя круж­ка, что эти люди также воевали против фашизма за нашу родину, успеха не во­зымели. — Тогда я им и сказала, — усмехает­ся Галина Владиславовна, — что в партии не состою и дела своего не пре­кращу. А если они уж так боятся быть скомпрометированными, то письма бу­дут приходить на мой домашний адрес. Так и получилось, что вся загранич­ная корреспонденция до сих пор доставляется на улицу Комсомольскую.

В 1963 году исполнялось двадцатиле­тие полка «Нормандия-Неман», и Гали­ну Владиславовну с ребятами пригласи­ли в Москву на юбилейные торжества. После всех официальных речей и по­здравлений спросили и о трудностях, с которыми столкнулись поисковики. Тог­да юные орловцы и рассказали о недо­вольстве горкома. Совсем скоро в Орел приехала военная комиссия, заставив партийных функционеров признать важ­ность поисковой работы, но, увы, не саму ее руководительницу. Галину Владисла­вовну даже не хотели брать на эксгума­цию останков Жана-Луи Тюляна, и толь­ко категоричность столичной комиссии охладила партийное рвение. Летчика перезахоронили в Москве на Введенском кладбище, а на месте первой могилы ребятами был впоследствии установлен мемориал.

В том же году музею знаменитой дивизии на станции юных туристов выделили отдельную комнату. Список погиб­ших французов значительно пополнил­ся, а о работе орловского краеведа узна­ли далеко за пределами родины. Но Галина Владиславовна не думала оста­навливаться на достигнутом. Целью ее стал поиск советских пилотов, также по­гибших в боях над областью. Она орга­низовывала кружки в школах, проводи­ла слеты поисковиков и военно-патрио­тическую работу в школах, ездила в Подольск в архив Министерства обороны. Всего в музее сейчас хранятся сведения более чем о шестидесяти советских лет­чиках. Но интерес к дивизии «Норман­дия-Неман» у кружка не остыл. Вместе со своим педагогом ребята прошли весь маршрут французов не только по нашей области, но и по Белоруссии, вели по­стоянную переписку с ветеранами «Нор­мандии». Таким образом, скопился боль­шой эпистолярный материал, который Галина Владиславовна передала в облас­тной архив. Теперь она рада этому свое­му решению. — Здание станции совсем старое, сы­рое, — с грустью рассказывает она, — а музей «Нормандии-Неман» находится на первом этаже. В свое время нам при­шлось забить железом окна, так как зимой люди поскальзывались на льду и разбивали стекла. Да мало ли еще про­блем...

Сохранность памятных реликвий так­же вызывает озабоченность Галины Владиславовны. Сегодня в небольшом по­мещении хранятся как копии, так и множество подлинных экспонатов. Это мундиры из школы Сен-Сир (военного училища французских пилотов), детали парадной формы, бюсты Ж.-Л. Тюляна и С. Д. Агавеляна. Время и плохие ус­ловия беспощадны к вещам. Через не­сколько лет плоды длительных поисков, в которые Галина Владиславовна вложи­ла часть своей души, могут быть безвоз­вратно испорчены. Она выступила с ини­циативой передать наиболее ценные экспонаты военно-историческому музею, но решение до сих пор витает где-то по ко­ридорам власти.

Галина Владиславовна сейчас боль­шую часть времени проводит дома: состояние здоровья уже не позволяет за­ниматься любимым делом. Но увлечен­ность и трепетное отношение к релик­виям осталось. Она бережно хранит награды за поисковую работу и хочет, чтобы плоды многолетнего труда сохра­нились для будущих поколений.

С. Шпилевая
“Орловский вестник” №27, 12 сентября 2005 г. 


* * *

Это фото хранится не только в альбоме музея, но и среди самых памятных снимков Франсуа Тюляна. Не так давно через своих российских знакомых Франсуа узнал о статье на нашем сайте, в которой рассказывается о Г.В.Малюченко. Он попросил передать ей слова с пожеланием здоровья и искреннее восхищение её подвижнической деятельностью. Нелегко было сообщать сыну Жана Луи Тюляна, что Г.В.Малюченко скончалась четыре года тому назад — 23 марта 2006 года.