"Друг ты мой, Любезный".

Эта история об одном маленьком острове на одном небольшом пруду, затерянном на обширных просторах нашей Орловской области. И как оказалось - острове, с такой интересной и трогательной историей.

Когда-то, гуляя в детстве с родителями по Шаблыкинскому парку, мне особенно нравилось бывать на его прудах. В жаркие летние дни они отдавали в парк часть своей прохлады и прогуливаться по берегу большого пруда было особенно приятно. Много раз на этом большом пруду в самом центре парка я обращал внимание на небольшой островок.

Таинственный островок манил маленького любознательного человечка своей неприступностью. Зимой по льду когда-то даже доходил до него, правда, не находя там ничего интересного. Но летом он снова привлекал внимание своей недоступностью и почему-то опять хотелось непременно туда как-то попасть. Наверное, это просто мальчишеский азарт и обязательные попытки покорить что-то очень трудное и неприступное. И ещё сейчас очень с трудом припоминаю, как встреченная нами в парке бабушка, разговорившись с нами и некоторое время сопровождая в прогулке, упомянула и этот остров. Говорила, что раньше он имел название и что там было похоронено какое-то очень дорогое хозяину усадьбы домашнее животное. Что за хозяин, какое животное и почему вдруг похоронено на этом заросшем острове посреди пруда в лесу - тогда ответы на все эти появившиеся вопросы мне дать никто не мог. В семье не сильно интересовались историей парка. И лишь спустя много лет удалось самому найти ответы на волнующие в далёком детстве вопросы.

Вначале первые исторические сведения по истории этого усадебного парка дала краеведческая литература. А позже и старинные гравюры окончательно помогли разобраться, что и где находилось в парке; как выглядело. Остров «Любезнаго» — гласила подпись на одной из старинных гравюр. Но кто таков был этот загадочный Любезный? — это предстояло выяснить следующим шагом.

Хозяин имения Николай Васильевич Киреевский — был страстным охотником, любителем псовой охоты. Многие его записки хранят память и очень живо передают читателям всю красоту и азарт псовой охоты на волков, медведей и других животных. Многие классики, бывшие в гостях у Киреевского, потом описывали быт и жизнь в усадьбы в своих очерках и рассказах.

В 1866 году в гости к Н.В. Киреевскому приехал из Москвы по его приглашению охотник-литератор Е.С. Прокудин-Горский, выпустивший в 1867 г. по свежим впечатлениям целую книгу «Поездка в Карачевские болота», где очень подробно описал всё увиденное им в имении. Несколько раз упоминал и любимую собаку — кобеля Любезного, который был очень дорог Николаю Васильевичу. Ниже приведу небольшое вырезки из той самой книги: ... «Как было не пристраститься [к охоте], имея вблизи дома царские отъемы, а в соседстве друзей-охотников, с которыми проводил он [Киреевский] целую осень в отъездах, рыская по полям и оврагам на лихом горбоносом донце. Перевидев бывало матерого волка в чистом поле, он молча толкал донца и, указав собакам, принимался его травить полем одной своей сворой. «Улю-лю!!! Улю-лю!!! Ну-у-у!! Любезный!.. выручи, возьми!» — ревел без памяти охотник, но Любезный был еще далеко. Казалось, он собирал последние силы, чтобы помериться в чистом поле, в одиночку, с серым лобаном, и в это время, пожирая пространство, он наддавал и лихо выносился из всех остальных собак. Одно мгновение... и волк, и Любезный катались в ожесточенной свалке. Тогда обезумевший охотник, не помня себя, бросался с ушей лошади и порешал серого недруга ловким ударом длинного ножа в горло, и волк мотался в тороках победителя. Подобных сцен из полевой жизни Н-я В-ча не сосчитаешь. Чтоб ближе познакомиться с ним, как с псовым охотником, надо иметь понятие об его бывшей стае зверогонов и любимцах: Польване, Украсе и Любезном — этих лихих, одиночных собаках, о которых память он сохранил до старости лет.» ... < > ... «Я лишился, — говорит он, — этой чудной собаки на десятой осени. Любезный кончил жизнь под ножом хирурга; а с Любезным, кажется, была схоронена и страсть моя к псовой охоте.» ... < > ... «Бойкая кисть художника С-а набросала некоторые сцены из звериных охот; одна изображает момент, когда стая гончих, висевшая на хвосте у большого медведя, выставила его на поляну и охотник поражает зверя из ружья. Другая представляет эпизод из псовой охоты, где отличился борзой кобель Любезный, остановив волка за ногу и не спуская огрызавшегося зверя до тех пор, пока охотник не порешил серого ударом кинжала. А также хорош портрет Любезного; он изображен стоящим у подъезда дома, с приподнятыми вверх ушами, как бы ожидая выхода охотника. Эти три картины напоминают старому охотнику былое-прошедшее»...

После смерти любимого кобеля Любезного хозяин в дань преданности верному другу велел похоронить его в своей усадьбе на небольшой острове посреди пруда. Этот остров был хорошо виден с балкона барского дома. Я слышал упоминание, что на нём на могиле собаки было сооружено даже какое-то подобие мавзолея. Но каких-либо его графических изображений не нашлось. Зато на одной из гравюр Жуковского, где виден один край острова «Любезного», на небольшом холмике хорошо заметно очертание скульптуры, напоминающей лежащую собаку. Она смотрит как раз в сторону барского дома, который будет на удалении справа за кадром.

Вполне логично, что хозяин таким образом оставил себе добрую память о своей любимой собаке. Сейчас небольшой островок на пруду сильно зарос и захламлён бурьяном. Иногда на лодках туда заплывают рыбаки. А вот куда делась предполагаемая скульптура Любезного — на этот вопрос ответ уже вряд ли найдётся...

21:16